Джон Адамс

Доктор Атом

Doctor Atomic

Оперу о физике Роберте Оппенгеймере, создателе атомной бомбы, можно назвать биографической: ее действие происходит в лаборатории, в доме ученого и на полигоне в Нью-Мексико перед решающим испытанием нового оружия летом 1945 года, перемежаясь эпизодами-воспоминаниями. Но, возможно, композитора Джона Адамса гораздо больше чистой биографии интересовало претворение истории и подлинной жизни в мифологию. Одним из произведений, серьезно повлиявших на его стиль и понимание музыки, сам Адамс называл «Гибель богов» Рихарда Вагнера, и «Доктор Атом», где предощущение непоправимо изменяющего мир ядерного взрыва пронизывает всю оперу, стал его своеобразным ответом Вагнеру из современного оперного театра. На эту связь указывает и Питер Селларс, вновь выступивший автором либретто, для которого сюжет о создании атомной бомбы существует в эпических категориях борьбы света и тьмы: «Это Гибель богов нашего поколения, с нашей скоростью, с нашими моментами напряжения, нашей нервной энергией. Но ничто не является метафорой, все — реальность».

Джеральд Финли и Эрик Оуэнс, исполнившие роли Оппенгеймера и его соратника по Манхэттенскому проекту, генерала Лесли Гроувса, на мировой премьере оперы в Чикаго, снова сыграли их и в спектакле Метрополитен. Безукоризненная элегантность и вкус Оппенгеймера, о котором вспоминали и его друзья, и его студенты, в Джеральде Финли нашли идеальное воплощение, не только визуальное, но и, в первую очередь, вокальное. Запись «Доктора Атома» из Мет была удостоена премии «Грэмми» в номинации «Лучшая запись оперы».

Подписаться на рассылку

Действующие лица и исполнители

Роберт Оппенгеймер

Китти Оппенгеймер

Эдвард Теллер

Роберт Уилсон

Над спектаклем работали

Дирижер

Алан Гилберт

Режиссер

Пенни Вулкок

Краткое содержание

Действие I
Сцена 1. Лаборатория «Проекта Манхэттен», Лос-Аламос, Нью-Мексико. Июнь 1945 года.

Работа над созданием атомной бомбы близится к концу. Проект возглавляют физик Роберт Дж. Оппенгеймер и высокопоставленный военный, генерал Лесли Гровс. После капитуляции Германии многие учёные стали сомневаться, так уж ли необходимо использовать атомную бомбу против Японии. Эдвард Теллер и Роберт Уилсон особенно встревожены социально-этической стороной вопроса и уговаривают коллег подписать обращение к президенту Трумэну. Оппенгеймер их упрекает. Он только что вернулся из Вашингтона и передаёт решение о бомбардировке японских городов, сосредоточенной на гражданских целях.

Сцена 2. Дом Оппенгеймеров в Лос-Аламосе.

На обеспокоенные вопросы жены Китти Оппенгеймер отвечает цитатой из их любимого поэта Бодлера. На несколько кратких мгновений супруги переносятся в блаженную атмосферу стихотворения. Оставшись одна, Китти размышляет о противоречиях между войной, миром и любовью.

Сцена 3. Испытательный полигон «Тринити» в Аламогордо, Нью-Мексико. 15 июля 1945 года.

Ночь первого испытания ядерного оружия. Над полигоном разразилась мощная гроза, и молния может попасть в частично подготовленную к детонации бомбу, расположенную на вышке. Главный метеоролог Джек Хаббард предупреждает раздражённого генерала Гровса, что проводить испытание в таких условиях чрезвычайно опасно. Капитан Нолан, офицер медицинской службы, старается убедить генерала в токсичности плутония и опасности радиации, которую в то время только начали изучать. Нарастает паника, и генерал отсылает всех, чтобы поговорить с Оппенгеймером наедине. Учёный тактично напоминает Гровсу о его хронических недомоганиях из-за лишнего веса, и генерал уходит отдохнуть. Один в пустыне, Оппенгеймер переживает свой собственный личностный кризис и вспоминает сонет Джона Донна, который вдохновил его дать полигону название «Тринити» – «Троица»: «Бог триединый, сердце мне разбей».

Действие II
Сцена 1. Дом Оппенгеймеров.

В двухстах милях от полигона Китти Оппенгеймер с индианкой-горничной Паскуалитой вглядываются в горизонт, ожидая увидеть на ночном небе вспышку от взрыва. Паскуалита присматривает за спящим ребёнком Оппенгеймеров. Китти снова размышляет о войне, смерти и перерождении души.

Оркестровая интерлюдия.
Дождь над горами Сангре-де-Кристос. Семимесячная Кэтрин Оппенгеймер просыпается с плачем. Паскуалита успокаивает её, напевая колыбельную.

Сцена 2. Испытательный полигон, 16 июля 1945 года.

Весь персонал покинул место проведения испытаний. Уилсон и Джек Хаббард по приказу Гровса делают на вышке с бомбой последние замеры. Оба очень встревожены тем, что испытание приходится проводить в условиях такой грозы. Учёные в наблюдательном бункере обсуждают, может ли взрыв спровоцировать неконтролируемую цепную реакцию, которая приведёт к полному выгоранию атмосферы Земли. Оппенгеймер заявляет, что это невозможно. Дождь всё ещё идёт, но Гровс отмахивается от всех предупреждений, и Оппенгеймер отдаёт распоряжение готовиться к детонации в 5:30 утра.

Сцены 3 и 4.
Гровс не может отделаться от мыслей о возможности саботажа, а Оппенгеймер уже на грани нервного истощения. Все ждут, погруженные в собственные мысли. Учёные делают ставки, какой будет мощность взрыва. Оппенгеймер, ко всеобщему удивлению, выдаёт пессимистичный прогноз, и даже Гровс не в силах скрыть упадок духа. Вдруг в ночном небе появляется ужасающее видение бога Вишну, каким он описывается в «Бхагавад-гите»: «Узрев Твой Образ великий со множеством уст и очей… со множеством туловищ и торчащих клыков… Ты сияешь огромными, палящими очами, многоцветные разверзнувший пасти. Узрев Тебя таким, я трепещу внутри себя, не нахожу ни стойкости, ни покоя». За десять минут до взрыва выпускают сигнальную ракету и включается сирена. Гроза внезапно утихает, небо проясняется. Выпускают ещё одну ракету, за 60 секунд до взрыва – третью, сигнализируя начало отсчёта. Базовый лагерь похож на поле мёртвых: все учёные и военные лежат лицом вниз в траншеях. Не слышно ни звука, ни шёпота, только отсчёт из репродукторов. За 45 секунд инженер включает автоматический таймер. Детонация началась. «Одна секунда до взрыва». Полная тишина – и началась новая эра.