Зальцбург: Заида, или Путь света

Salzburger Festspiele: Zaide oder Der Weg des Lichts

Призрак оперы: таинственный раритет Моцарта на зальцбургской сцене

Не всё то опера, что так называется. Зингшпиль «Заида» – пастиччо, Моцарт написал лишь середину, и сюжет остался загадкой. Каждый постановщик волен выбирать, как эту историю рассказать зрителям.

Автор идеи Рафаэль Пишон, восходящая звезда молодого поколения дирижёров в области старинной музыки, идущих по стопам Арнонкура и Гардинера, лейтмотивом своей постановки выбрал борьбу с тиранией, силу истинной любви и, прежде всего, глубинное стремление к свободе.

На сцене, в колоссальном пространстве Фельзенрайтшуле – лишь игра света и тени. И люди: барочный оркестр «Пигмалион», известный своими смелыми авторскими интерпретациями, солисты и хор в белых рубашках. Никаких декораций. Это история жестов, движения и пения. Редкий Моцарт (и уже тем заслуживающий внимания), но и всё тот же великий Моцарт, что делает «Заиду» бесценной.

Смотреть в кинотеатре

Подписаться на рассылку

Действующие лица и исполнители

Заида

Сабин Девьель

Персада

Леа Дезандре

Гомац

Юлиан Прегардьен

Солиман

Даниэль Беле

Аллазим

Йоханнес Мартин Крэнцле

Над спектаклем работали

Автор идеи, дирижёр

Рафаэль Пишон

Диалоги

Важди Муавад

Художник по свету, художник по костюмам

Бертран Кудерк

О спектакле

Французский дирижёр Рафаэль Пишон и родившийся в Ливане канадский драматург и театральный режиссёр Важди Муавад написали либретто, которое в стиле мелодрамы – разговорный текст в диалоге с хором и оркестром – широкими мазками рассказывает историю Заиды, актуальную и для нашего времени, о стремлении к свободе и о праве на жизнь и на любовь.

Предполагаемый классический сюжет о спасении пленников из плена турецкого паши был прочитан в более современной манере. Молодая женщина, Персада (Леа Дезандре), персонаж, отсутствующий у Моцарта, возвращается в тюрьму (ныне музей) в поисках информации о своей матери. Один из бывших охранников, Аллазим (Йоханнес Мартин Крэнцле), рассказывает ей историю Заиды и Гомаца, родителей Персады, и их борьбы со злодеем Солиманом, приспешником которого был Аллазим.

В новом сюжете использована вся музыка из «Заиды», расширенная вокальными номерами и хорами. Помимо самой «Заиды» почти целиком звучат моцартовская оратория «Кающийся Давид» и ещё несколько номеров разной степени раритетности (концертные арии, четырёхголосный канон KV 557, музыка из неоконченной Мессы до минор и др.). А обрамляют действие парящие, неземные, хрустальные звуки до-мажорного адажио для стеклянной гармоники.

Драматургия спектакля основана на ярком противопоставлении света и тьмы, обмана и истины. Художник по свету Бертран Кудерк, постоянно сотрудничающий с «Пигмалионом», создаёт в обширном пространстве Фельзенрайтшуле чрезвычайно эффектную атмосферу; здесь путь к свободе обозначается как путешествие к свету, как глубокая надежда на примирение.