Вадим Рутковский

Секс и власть на все времена

На сцене Metropolitan Opera Дэвид Маквикар превратил «Агриппину» Генделя в зажигательный саркастичный ситком
Спектакль с триумфом прошёл в Met за пару недель до наступления глобального кризиса – и останется в репертуаре проекта TheatreHD после его завершения.


В январе 2020 года Сергей Соловьёв закончил короткометражный фильм, который называется «А кто не любит Генделя, тот получит пенделя».

Спектакль Дэвида Маквикара по ранней опере гения барочной музыки любого может избавить от физической расправы, превратив в фаната Генделя.

Большая трёхчасовая опера-сериа, то есть, серьёзная опера, которую Гендель написал в 24 года, в 1709-м, в версии шотландского театрального остроумца выглядит совершенной комедией. Причём комедией современной, даром, что это – самая древняя опера, когда-либо входившая в репертуар Met. Секс и политика переживут любой вирус, и Маквикар ставит историю про жуткие интриги при римском императорском дворе как игру двух вечных человеческих страстей – жажды плоти и жажды власти. В абстрактных декорациях, где центром притяжения становится путь наверх, к трону – золотая лестница без перил, и современных костюмах, заменивших тоги и доспехи. Ставит, целиком и полностью полагаясь на либретто, с доверием, так сказать, к первоисточнику, не вкладывая в сюжет иные, парадоксальные смыслы (как поступает, скажем, наш великий Дмитрий Черняков) и не насилуя его собственными сомнительными фантазиями (как, например, модный норвежец Стефан Херхайм, сделавший героем «Пиковой дамы» одержимого Германом Чайковского с холерным стаканом в руке: эту постановку, дебютировавшую в Нидерландской опере в 2012-м, Ковент Гарден возобновил аккурат перед «Агриппиной», перенесённой в Нью-Йорк из брюссельского La Monnaie).


Всё, как написано: Агриппина, жена якобы сгинувшего в морской пучине императора Клавдия, стремится привести к власти своего сына от первого брака Нерона, использовав в качестве марионеток слуг Палласа и Нарцисса. Но Клавдий возвращается, спасённый верным полководцем Отоном, которого и назначает преемником. И тогда Агриппине приходится разыграть «любовную» карту: больше трона Отон желает Поппею, к которой влечёт и Клавдия, и Нерона; прибегая ко лжи и манипулируя чувствами, Агриппина уверенно движется к своей цели.

В итоге каждый получает желаемое, хэппи-энд;

дальнейшие исторические события (Агриппина будет убита по приказу сына; согласно апокрифам, она сама попросит палачей заколоть её в живот – в знак раскаяния за то, что породила Нерона на свет) Генделем, итальянским либреттистом Винченцо Гримани и жизнелюбивым Маквикаром в расчёт не берутся.


На занавес «Агриппины» проецируется изображение капитолийской волчицы и припавших к её сосцами Ромула и Рема – такая картина могла бы привидеться Фрэнсису Бэкону (автор сценографии и костюмов – Джон Макферлейн, постоянно работающий с Маквикаром). Это очень красиво, но это ложный след:

мрачному экспрессионизму Бэкона Маквикар предпочитает фривольность и изящество модернистских салонов; в иных эпизодах «Агриппина» выглядит инсценировкой ненаписанной пьесы Оскара Уайльда.


Эта опера Met – из тех достаточно редких постановок, о которых допустимо писать как о драматическом спектакле. Исполнительское мастерство артистов бесспорно, как и работа музыкального руководителя Гарри Бикета, не стремящегося к аутентичности барокко, но вполне компенсирующему эту аутентичность почти бродвейским драйвом.

Но музыкальное качество – по умолчанию; в конце концов, мы приходим в театр и кинозал не только для того, чтобы слушать оперу.

А в «Агриппине»-2020 есть на что посмотреть, кроме волчицы. Джойс ДиДонато в заглавной партии – квинтэссенция сильной женщины; не просто деятельная интриганка, но мифологическая доминатрикс, в которой есть черты всех повелительных кинодив, от Натальи Гундаревой до Хелен Миррен. Её отношения с окружающими – каталог сексуальных моделей поведения. Дуэт с Нероном, агрессивным (играй, гормон!) панкующим подростком, который легко меняет футболку, будто снятую с фана Cure и «Агаты Кристи», на приталенный деловой костюм – азартный бисексуальный акт: в роли Нерона – взрывная Кейт Линдси, выпускница Met’s Lindemann Young Artist Development Program.


Обряженного в военную форму Палласа (Данкан Рок иронично обыгрывает клише мачо – офицера и джентльмена) Агриппина ДиДонато встречает, как тайного латинского любовника. От объятий Нарцисса (контратенор Николас Таманья) брезгливо и неприязненно отмахивается, что не мешает ради дела запустить ему руку в промежность. Встречу Агриппины и Нарцисса Маквикар назначает в театре – отличный повод для гэга с «обшикиванием» болтающих зрителей. И ещё один непредсказуемо актуальный поворот: добившись своего,

Агриппина поёт «Что бы ни уготовила мне судьба, я возьму её в свои руки», протирая ладони дезинфицирующим раствором – Маквикар будто знал, что через неделю после последнего представления оперы мир накроет паранойя безопасности.


Дебютирующая в Met Бренда Рей в роли Поппеи – типичная гламурная куртизанка XXI века, потенциальная королева Instagram, в минуты тягостных раздумий объедающаяся шоколадом; её будуар украшают призывно открытые красные губы.

Маквикар находит в архаичном произведении и повод для более, чем актуальной политической сатиры –

в эпизоде лицемерного заигрывания Нерона, поющего про своё доброе, ха-ха, сердце, с плебсом, несчастными бродягами, «благотворительная» помощь которым – бессмысленные «бич-пакеты» – раздаётся под оптику телекамер.

Главное же в том, что здесь – в спектакле и вокруг него – все врут; разве что простодушный Отон (контратенор Йестин Дэвис) обманываться рад, за что и терпит.

Это та ещё комедия – но Маквикар не был бы выдающимся режиссёром, если бы не слышал музыку Генделя, в которой есть пространство и для сарказма, и для высокой трагедии.

Между ними – тонкая грань, которая материализуется в статуарных и величественных мизансценах; ты всё пела? это дело: так пойди же, попляши. Мы так смеялись, но «звук обступает и слева, и справа смутным, таинственным войском вдали»; и кто там всё ещё не любит Генделя?


© TheatreHD 2020

18+